Маттиа, сначала послушно следовавший за мною, говорит мне, что если мы будем так спешить, то быстро выбьемся из сил. Я замедляю шаги, но вскоре опять ускоряю их.
– Как ты торопишься! – огорченно говорит Маттиа. – Верно, но мне кажется, что и ты должен был бы спешить. Разве моя семья не будет также твоей семьей?
Он отрицательно покачал головой.
Я огорчился, заметив это движение, которое уже не раз замечал у него, с тех пор как речь заходила о моей семье.
– Разве мы с тобой не братья?
– О, что касается нас, конечно, я в этом не сомневаюсь Я твой брат и останусь им навсегда.
– Ну так что же?
– А почему ты думаешь, что я стану братом твоих братьев, если они у тебя имеются, и сыном твоих родителей? Вероятнее всего, они не захотят принять в свою семью такого маленького оборванца, как я, и мне придется продолжать свой путь одному. Но я никогда не забуду тебя, как, надеюсь, и ты не забудешь меня.
– Мой дорогой Маттиа, как можешь ты так говорить!
– Я говорю то, что думаю. Я не могу радоваться, так как боюсь, что нам придется расстаться, а я надеялся всю жизнь прожить с тобой вместе. Я мечтал, что мы не останемся навсегда бедными уличными музыкантами, а начнем работать, учиться, будем настоящими артистами. Я прекрасно знаю, что ты также этого хочешь, но ведь теперь ты не сможешь распоряжаться собой по своему усмотрению.