— Нет.
— Так! Чему же тебя учили? Плохо занимались твоим воспитанием, мой мальчик, очень плохо!
— Это для нас не находка. Он не урод, сложен, как и все, — заявила великанша, оглядев меня с головы до ног. — А еще воображает, что может работать в нашей труппе!
Она пожала плечами и с презрением отвернулась.
«Вот если бы я был уродом с двумя головами или тремя руками!» — подумал я с сожалением.
— Ты умеешь ухаживать за лошадьми? — невозмутимо продолжал допрашивать меня маленький человек.
— Я попробую, сударь.
— Ну ладно, на что-нибудь ты пригодишься. Значит, с сегодняшнего дня ты принят на службу в знаменитый зверинец графа Лаполада; он славится красотой зверей и храбростью прекрасной Дьелетты, нашей Дьелетты, которая их укрощает. Ступай с Кабриолем — он покажет тебе, что надо делать, а через час возвращайся ужинать.
Выбора у меня не было. В моем положении не приходилось привередничать. И я принял, как дар судьбы, это неожиданное и странное предложение.