Родион отвязал от дерена коня и повел к водопою.
За красноталом, словно в клубах кирпичной пыли, всходило солнце. Конь припал к воде, и Родион тихо посвистывал ему.
Хрустнул позади песок. Родион обернулся и замер: к берегу, размахивая косынкой, подходила Груня.
Она сбросила ботинки, забрела по щиколотку в волу.
Река перебирала на дне разноцветную гальку, волновала отражение смуглого лица девушки. Груня зачерпнула полную пригоршню воды, стала пить. С розовых пальцев сочились и падали сверкающие капли.
— Простудитесь.
Она медленно подняла голову. От воды лицо ее светилось, каштановая прядка волос была унизана голубыми бусинками брызг.
Родион подошел к Груне, взял ее за локоть и потянул из воды, но девушка нетерпеливо вырвала руку.
— Ишь, недотрога… — смущенно сказал он.
— Какая уж есть, не взыщите!