— И чего выдумываешь — больно мне надо! Хоть все призы забирай!
Черемисин смеялся:
— Чудила ты, Родька, честное слово! Не все ли равно, кто у нас вперед вырвется, лишь бы команду нашу не обставили, факт!
Соревновались в прыжках с ребятами из «Горного партизана». Чернявый паренек, сухоногий, легкий, верткий, без труда с большим запасом взял высоту.
— Давай. — Григорий легенько подтолкнул Родиона в спину, и тот вихрем сорвался с места, перелетел через тонкую веревочку и, только услышав плеск ладош, понял, что перепрыгнул.
Григорий заговорщицки подмигнул ему: наших, мол, голыми руками не возьмешь!
Но чернявый паренек, видимо, не собирался сдаться. Родиону предстояло воевать с ним за каждый сантиметр, Родион прыгал все с большим напряжением, чернявый же, как пружина, отскакивал от земли, преодолевал высоту спокойным, неуловимо расчетливым толчком.
Родион ревниво прислушивался к треску аплодисментов: ему или чернявому хлопали люди?
Неожиданно чернявый заявил:
— Давай сразу на сто шестьдесят!