Ему ответили разноголосо, невпопад:
— Здравствуйте, товарищ гвардии старшина!..
— Ну, то-то!
Все, как один, они обернулись к нему. Мерно поднимались от глубокого дыхания их груди, блестели обветренные лица и разморенные зноем глаза.
— Аж завидки берут, красиво робите! — слезая с коня, сказал Гордей.
Косари окружили его. Он вынул кисет, к которому сразу потянулись десятки рук, чуть дрожащих от напряжения. Запахло терпким дымком, крепким мужским потом.
— А ты помахай с нами, парторг, она, зависть-то, и пройдет, — радушно улыбаясь, проговорил Терентий.
— Да уж обязательно, куда от таких молодцов денешься?
Гордей встретился взглядом с тревожными, выжидающими глазами Вани Яркина.
— Ну, как там, Гордей Ильич?