Все обступали Варвару, тяжело дыша, обдавая ее лицо белым паром.
— Живы? — хрипловато спрашивала она. — Кланька, у тебя щека побелела! Снегом ее, снегом!
Еще не поднялись на перевал, а уже все словно поседели, так закуржавели выбившиеся из-под шалей волосы.
— Чисто старухи! — кто-то рассмеялся. — Увидели бы наши мужики, отказались!..
— Если они гак рассуждать будут, мы им самим сделаем от ворот поворот, — сказала Варвара.
— Ничего-о, — протянул чей-то озорной голос. — Придет, обнимет покрепче — и весь иней растает, помолодеешь…
— Да будет вам! Нашли где шутить — чуть не у бога под рукой.
Варвара отворачивалась и снова уходила вперед.
Женщины гуськом тянулись за ней, с трудом поднимая облепленные снегом валенки, увязая в сугробистых гребнях.
Чем круче поднималась дорога, тем быстрее темнело, а скоро все вокруг поглотила буранная мгла.