Она встречает нас с серьезным лицом. Ее родители стоят возле чемоданов с таким видом, как будто только что отошел «Ориент-экспресс», на который они опоздали. Остальные гости перетаскивают вещи под толстые своды домашней часовни.
— Могу ли я закурить?
— Пожалуйста, — отвечает Эстерхази, наружно нисколько не удивившись вопросу подполковника.
Он медленно закуривает.
— Кто мог поджечь?
У графини чуть-чуть приподнимаются брови.
— Мы сами удивляемся.
— Странно…
— Из наших там никого не было. — Она щурит глаза, что-то припоминая. — Ночью я слышала, как кто-то ходил наверху. Может быть, кто-нибудь из солдат. Темно. Он мог зажигать бумагу. Бумаг много, мебель сухая. Достаточно искры…
— В самом деле… Все возможно… — задумывается Пузыревский.