Он, конечно, тоже с первого взгляда узнал меня, но, видимо, не хотел сразу показывать этого.
— А, наш русский союзник! — с запозданием приветствовал он меня. — Положительно, мир тесен. Судьба сталкивает нас вторично. Что значит союзники: всегда и всюду вместе!
Я взглянул ему прямо в глаза. Он спохватился и переменил тон.
— Ну, поехали, друзья, отпразднуем в таком случае победу.
Мы с Вучетиным последовали за верховыми.
На городской площади, против дома с башней, шел митинг. Зарядный ящик, на котором стоял Милетич, окружала толпа жителей и бойцов.
Американец направлял свою лошадь прямо к трибуне. Толпа неохотно расступалась.
Иован горячо, с подъемом говорил о величии и героизме Красной Армии, которая, ломая отчаянное сопротивление врага, с каждым днем все ближе и ближе подходит к Балканам и Карпатам, неся освобождение от гитлеризма народам Центральной и Юго-Восточной Европы. Он говорил о том, что югославские партизаны, беря пример с советских воинов и в надежде на скорую встречу с ними, действуют все решительнее и дружнее…
Американец прислушался.
К нему подошел Тодор Радович.