— Восемь или десять. Они шли один за другим, через каждые две-три минуты. Если б ты видел, друже, как они точно сбрасывали груз на наш прямоугольник. Как будто клали в закром. Бросали с высоты не более полутора тысяч метров, и не боялись. А ведь в этом районе есть горы свыше двух тысяч метров.
Трудно передать, какое я испытывал счастье. Счастье и огромный подъем. Словно мне самому передалась частица силы моей Родины. Я как бы ощутил прикосновение ее могущественных и заботливых рук, протянувшихся к нам сюда, на берег Неретвы.
— Да, не то, что наши западные друзья, — возбужденно говорил Радович. — На официальных банкетах, в речах по радио только от них и слышишь: поможем, поможем, поможем… Генерал Маклин, как только сюда приехал, заявил: «Основная задача моей миссии — это максимальная помощь НОВЮ». С этой якобы целью были даже созданы так называемые Балканские воздушные силы. А на деле — сам, небось, видишь. Блеф! Гора ошибок и лабиринт вертлявых объяснений. Показали себя в своем настоящем виде. Зато фасону-то сколько! Любят пускать пыль в глаза! Сначала отговаривались тем, что пока их базы находятся в Африке, они нам существенной помощи оказать не могут. Другое мол дело будет, когда перенесем базы в Италию. Наконец, организовали морские и авиационные базы в Италии, в частности в Бари. Расстояние от этих баз до нашего побережья пароход пройдет в одну ночь. Самолет «Дакота» покроет маршрут за три четверти часа. Да и лететь-то ему не над территорией противника с зенитной обороной, с аэродромами и площадками истребителей, а над Адриатическим морем. Никакой воздушной защиты там нет. Это совсем не то, что приходится преодолевать вашим летчикам.
— Но я часто вижу днем и слышу ночью самолеты англичан и американцев, — сказал я. — Куда ж они все-таки летают?
Радович оглянулся, не подслушивает ли кто, и продолжал:
— Куда летают? О, у «либерейтеров» и «летающих крепостей» работы хватает! Они бомбят наши оккупированные немцами города, разные экономические объекты.
— Бору, наверное, тоже попадает? — заинтересовался я.
— Бору — нет.
— До сих пор? Почему же?
— Черт их знает! Щадят. А вот Белграду здорово достается. Летают они еще на Будапешт и Бухарест. Бомбят румынские нефтепромыслы. Попутно, конечно, и нам помогают. Бросают с воздуха обувь, нижнее белье, одеяла, сухари и тому подобное. То, что предназначалось для армии Монтгомери в Африке, а теперь стало ненужным — штаны до колен, трусики, пробковые шлемы, желтые палатки.