— А где Марино?
Лицо Колачионе омрачилось.
— Погиб на реке Мораве.
— Вы тоже на восток? — помолчав, спросил я.
— Конечно!.. А, синьор Лаушек! — обернулся Антонио к подошедшему чеху. — И ты жив, благородный рыцарь!
— Жив, жив, дорогой Антонио, и рад за тебя!
Друзья расцеловались.
— А помнишь дорогу, которую мы строили прошлой осенью? — спросил Лаушек.
— Помню, как же!
— Вот это она и есть. Для себя ведь мостили, как я и предсказывал. По ней пойдем с Красной Армией на Белград.