Хорошо, что Балабурда не попал к какому-нибудь антрепренеру, который повез бы этого богатыря по всем европейским городам, как диковинку. Я лично не могу видеть этого живого товара, который выставляется по балаганам и циркам. Пусть уж лучше сидит у себя в Матвеевском кабаке и выжидает проезжающих.
Балабурда явился с водкой, когда самовар был уже на столе. Он с какой-то жадностью выпил первый стакан.
- Ты бы, Вася, дал отдохнуть вину-то, - укоризненно заметил ворчливый старик хозяин. - Все одно, всей водки не перепьешь...
Богатырь только покрутил своей кудрявой русой головой. Эх, дескать, уж что тут говорить!.. В одной рубахе и без шапки он казался еще больше, и жаль, что не было художника, который мог бы его срисовать для какой-нибудь картины из богатырского эпоса. Пока я пил чай, Балабурда успел выпить всю водку и как-то сразу захмелел. Глаза сделались мутные, он весь как-то осунулся и тяжело дышал.
- Ах, ядрена канавушка!.. - бессмысленно повторял он свою поговорку. - Еще бы, барин, а?
- Довольно, Василий...
- И то довольно... Ну ее, эту самую водку! Плевать мне на нее...
- Да тебя, идола, разве напоишь? - ворчал старик. - Другому, правильному человеку, водка впрок, а в тебя как в прорву...
Лошади уже были заложены, и новый ямщик, сын хозяина, лихо выкатил на улицу. Мы вышли. Балабурда, покачиваясь, счел своим долгом проводить меня. Он сильно пошатывался и бормотал что-то бессвязное. Когда я уже сидел в экипаже, подошли двое парней с балалайкой. Завидев пьяного Балабурду, парень с балалайкой заиграл плясовую. Богатырь повел могучими плечами и пустился плясать, грузно притоптывая своими крестьянскими лапотками. На меня эта картина произвела еще более грустное впечатление.
- Эх, ты! да эх, ты!.. - выкрикивал Балабурда, размахивая своими длинными руками, и потом хрипло запел: