- А что...
- Да так... Река скоро тронется, будет очень весело. Барки мимо нас побегут. Потом свой караван будем отправлять... Как же!.. Из пушки будут стрелять на берегу... Я боюсь, когда из пушки стреляют...
- А когда, Любенька, Чусовая тронется?
- С часу на час ждут... Сплавщик Илья у нас вчера чай пил и говорил, что скоро уж. Барки готовы, бурлаки собрались... Да...
Маленькая хозяйка рассказала мне последние пристанские новости, которые, главным образом, вертелись все около того же сплава.
- Снега нынче глубоки, - серьезно рассказывала Любенька, - Илья боится, как бы дружная весна не ударила... По высокой воде много барок убьется.
Девочка передавала только то, что сама слышала от других, и говорила тем языком, каким говорят только на Чусовой: "барка убьется", а не разобьется, потому что для сплавщика Ильи барка - не мертвая посудина, а живое существо: "ударит дружная весна", "снега выпали глубоки", "река тронется" и т.д.
Едва Марфа успела подать кипевший самовар, как в передней послышались голоса Ермолая Антипыча и сплавщика Ильи.
- У нас городской человек, папа, - докладывала Любенька, выскочив навстречу отцу.
- Мы гостям рады, - отвечал Ермолай Антипыч, появляясь в дверях.