— Вы на свадьбе у сестрицы Кутафьи веселились, а я здесь свои заплатки чинила.
— Сестрицы?! Да как ты смеешь такие слова выговаривать, негодная!.. Да я велю сейчас тебя в три метлы отсюда выгнать — тогда и узнаешь сестрицу Кутафью…
— Мама, да ведь я твоя дочь — Горошинка!
У царицы Луковны даже руки опустились. Старуха села к столу и горько заплакала. Она только теперь припомнила, что сама Кутафья ей говорила о Горошинке. Весело было на свадьбе, и про Горошинку с радости все и забыли.
— Ох, забыла я про тебя, доченька! — плакалась царица Луковна. — Совсем из памяти вон… А еще Кутафья про тебя мне шепнула. Вот грех какой вышел!..
Но, посмотрев на Босоножку, царица Луковна вдруг опять рассердилась и проговорила:
— Нет, матушка, не похожа ты на мою Горошинку… Ни-ни! Просто взяла да притворилась и назвалась Горошинкой. И Кутафью обманула… Не такая у меня Горошинка была…
— Право, мама, я Горошинка, — уверяла Босоножка со слезами.
— Нет, нет, нет… И не говори лучше. Еще царь Горох узнает и сейчас меня казнить велит…
— Отец у меня добрый!..