Доктор молча ходил по комнате; потом, остановившись, заговорил глухим, совсем упавшим голосом:
— Если ты доволен, Иван, зачем же ты сделал меня больным на целый день?
— Слушаю-с, ваше благородие…
— Дурак!.. Ведь ты знаешь, что я не выношу беспорядка в моих вещах… Да? Знаешь? Я люблю, чтобы у меня всякая вещь на своем месте лежала… Все было чисто, опрятно, прибрано, а тебе лень вычистить подсвечник.
— Я, ваше благ…
— Молчи, болван! И еще оправдывается, каналья?!. - в каком-то отчаянии, заломив свои белые руки, заговорил доктор. — Виноват кругом, каналья, и оправдывается!
— Виноват, ваше благородие!
— Ты не понимаешь, как все это действует на меня: я не выношу беспорядок… Я для тебя все готов сделать, а ты… Третьего дня прихожу, — пепельница передвинута, чернильница открыта… Ты, Иван, кажется решился уморить меня.
— Слуш…
— Убирайся вон, дурак!..