— Ты скажи, Майя: ты любишь меня?
У нее не было слов, а только протянулись теплые руки, и счастливое лицо спряталось на груди хана.
На другой день Майя сказала хану:
— Я тебя вчера любила, а сегодня ненавижу…
— За что же, моя радость?
— А помнишь, как ты истреблял Гунхой? Я смотрела в окно, когда ты своим конем топтал беззащитных женщин, и вот эта рука рубила женские головы… Да, я тебя ненавижу и вместе с тем люблю… Меня приводит в ужас это двойное чувство.
— Того хана уже давно нет, Майя, как нет и Гунхоя. Такова воля аллаха… Он дает и победу и счастье. Да и чего тебе жалеть: ты была только пленницей у Олой-хана…
Майя гордо выпрямилась и посмотрела на хана потемневшими глазами.
— Я была пленницей Олой-хана, но не любила его… А вот тебя люблю, и в том моя погибель.
— И моя, Майя…