Теперь на лужайке под шиханом горел яркий костер; около него собралась пестрая кучка охотников. В центре, около самого огня, на бухарском ковре лежал в охотничьей венгерке сам «Карла», а около него лежали и сидели на траве человек пять лесообъездчиков. Над самым огнем висел походный котелок с варевом и медный чайник.
— Мир на привале… — здоровался Савка, входя в полосу света, падавшего от огня.
— Мир дорогой, — отозвался один из объездчиков. — Да это ты, Савка?
— Выходит, что я, Иван Васильич… Можно нам заночевать?
— На-вот, всем места хватит.
— А я вот барина по лесу водил, пристали… Кукша, цыц, стерва!..
— Пожалуйт, пожалуйт, каспада… — заговорил сам Карла, приподнимаясь с ковра. — Веста, тубо… назать!.. А, это ти, Сафк…
— Я, Карла Иваныч… Вот к огоньку вашему прибрели с барином.
— Ошэнь рат… садитесь на месту… Кого убиль?
— Да так, пустяки, Карла Иваныч, — скромничал Савка, снимая с плеч свой пестрядевый мешок. — Двух поляшей залобовали да польнюшку[40].