— Вы будете жить у меня, на Коковинском прииске…
— А папа?
— Про папу я ничего не знаю, как он думает устроиться…
Подумав немного, Ираида Филатьевна прибавила:
— Если вам тяжело будет расставаться с вашим папой, тогда мы устроим его на нашем прииске, подыщем ему какую-нибудь должность…
— Нет, я так сказала…
С последними словами из-под густых ресниц у Настеньки выступили две слезинки, и по лицу промелькнуло конвульсивное движение. Ираида Филатьевна обняла девушку и ласковым шепотом ее спросила:
— О чем вы плачете, голубчик?
— Так… — по-детски отвечала Настенька, потихоньку всхлипывая.
— Вам, может быть, не хочется ехать отсюда?