— Ах, господи… Ну, как его там звали, Савоська?
— Силантием, Осип Иваныч. У носового поносного робил с артелью.
— Подлецы, подлецы, подлецы!
«Мужландия» не вытерпела, наконец, и «выворотилась».
— Шесть аршин над меженью! — крикнул Порша, меряя воду.
— Не может быть? Ты не умеешь мерять… — усомнился Осип Иваныч, выхватывая наметку из рук Порши.
— Как вам будет угодно. Осип Иваныч… — обиделся водолив. — Уж если я не умею воду мерять, так после этого… Позвольте расчет, Осип Иваныч!..
— Убирайся ты к черту, дурак! Не до тебя! Ах, черт возьми, действительно шесть аршин над меженью!.. Ведь это целых две сажени… Паводок в две сажени!..
— Севодни ночью две барки пронесло мимо, Осип Иваныч, — докладывал Савоська. — Должно полагать, с ухвата сорвало или снасть лопнула… Так и тарабанит по Чусовой, как дохлых коров.
А дождь продолжал свою работу, не останавливаясь ни на минуту.