Гришку даже не спрашивали, зачем он колотил жену.
— Уж я спустил бы им три шкуры, — ругался Осип Иваныч, — да теперь без них нельзя… Что будете делать? Головорезы!.. Бубнов, шельма, знает, что рабочие до зарезу нужны, и бахвалится. Уж я ему прописал бы, ежели бы Пал Петрович здесь был… я… Ну, да черт с ними! Вы с чем будете чай пить?
Немного погодя в казенку явился Бубнов.
— Я до твоей милости, Осип Иваныч.
— Ну, чего тебе?
— Да вот мы с Гришкой да с Кравченком пришли…
Гришка и Кравченко показались в дверях.
— Ну?
— Уж лучше прикажи лычагами наказать нас, Осип Иваныч, а к мировому не таскай. Посадят на высидку, тебе от этого не легче будет.
— А как Порша?