Голова быстро скрылась, а окно сердито захлопнулось. Страннику пришлось молитвоваться в третий раз и ждать дольше. Крепко живут старицы.
— Што ты привязался-то? — ворчала старушечья голова, приотворяя оконце вполовину. — Сказано, нет! Иди своей дорогой, миленький…
— А ежели у меня грамотка к матери Анфусе?..
Строгие старушечьи глаза посмотрели на странника довольно подозрительно, точно взвешивали его.
— Погоди ужо… — ответила старуха и скрылась.
Опять странник остался у ворот. Солнце уже село, и потянуло резким весенним холодком. С Увека доносился хриплый лай цепных собак, — селение раскольничье, и жили в нем по старине, крепко.
— Угодное место… — еще раз проговорил странник, подсаживаясь на призоротную скамейку. — Боголюбивые народы недаром строились… Вон как селитьба-то разлеглась, верст на шесть по берегу будет.
— Кто там хрещеный, — послышался голос в окне.
Теперь выглянуло уже другое лицо, помоложе, в черной монашеской шапочке.
— Дельце есть небольшое…