— Старик-то, старик-то в каких дураках, Агнюшка… Ха-ха!.. Ты его ловко взнуздываешь, а он-го думает, что все сам… Ловко!
— Нельзя по-другому-то… Никого не слушает Лаврентий — Тарасыч, а бабу где же послушает. Еще наоборот сделает…
— Вот, вот… Ты нахваливай ему Капитошку-то. Ох, и согрешил я с тобой, Агнюшка!..
Так прошла зима, а когда по последнему пути вернулся из тайги Капитон, все уже было готово. Он приехал вместе с Егором Иванычем и, конечно, ничего не подозревал.
— Ужо к нам приедет, так ты с ним поласковее, — учил жену Густомесов. — А я будто не слышу… Хе-хе!..
— Не учи, Яков Трофимыч.
— Ах, эти бабы! Вот разбери-ка ее, что у ней на уме… А Капитошка-то прост, всему поверит. Потеха!.. Уж ты постарайся, Агнюшка, чтобы комар носу не подточил.
Действительно, Капитон приехал к Густомесовым вместе с женой и был принят, как дорогой гость. Агния Ефимовна встретила его спокойной улыбкой. Дальше все шло, как по-писаному. Яков Трофимыч был необыкновенно весел и только ухмылялся, слушая, как жена разговаривает с Капитоном. Потом старик не выдержал и принялся отчитывать гостя. Капитон выслушал попреки молча, молча повернулся и молча пошел в переднюю, не простившись с гостеприимным хозяином. Анна Егоровна страшно перепугалась и бросилась уговаривать Якова Трофимыча.
— Голубчик, Яков Трофимыч, что же это такое?..
— Люблю тебя, Аннушка, а Капитошку в порошок изотру…