— Ну, будет тебе два неполных… — шутил Васька, похаживая около хищника с видом заплечного мастера. — Туда же золото воровать!.. Ах ты, мусор!..
— Молчи, кошма! — огрызнулся хищник и сейчас же застонал.
Кошма — ругательное слово для всех оренбургских казаков, и поэтому Васька сейчас же вскипел.
— Павел Митрич, позволь мне уважить его, — просил он, засучивая рукава.
— Оставь!
Я не дождался конца этой тяжелой сцены и ушел.
Встретив через несколько дней Павла Митрича, я осведомился относительно дальнейшей судьбы пойманного хищника.
— Ах, да, тот?.. — равнодушно ответил Павел Митрич и махнул рукой. — Составили протокол и отпустили на все четыре стороны… Золота при нем не нашли, значит, тащить к мировому не стоит: только время даром потеряешь…
— Охота вам так беспокоиться из-за пустяков!
— Нельзя, служба, а второе — и им, подлецам, тоже потачки нельзя давать. Да…