Пауза. И сыну, и матери одинаково тяжело; они стараются не смотреть друг на друга.
– Мамынька, я пришел к тебе за благословеньем: жениться хочу… – с искусственной твердостью проговорил Гордей Евстратыч.
Эта фраза точно ужалила больную. Она поднялась с подушки и быстро села на постели: от этого движения платок на голове сбился в сторону и жидкие седые волосы рассыпались по плечам. Татьяна Власьевна была просто страшна в эту минуту: искаженное морщинистое лицо все тряслось, глаза блуждали, губы перекосились.
– Как… ты сказал, Гордей?
– Жениться хочу, мамынька…
– В добрый час… На ком же это, милушка?
– На Фене…
Старуха глухо застонала и упала в подушки; с ней сделалось дурно, и глаза закрылись, как у мертвой.
– Мамынька…
– Милушка… нельзя… не могу…