Маша громко захохотав, чуть не упала со стула на пол. Ланин подмигнув ей проговорил:
— Ну, что ты смѣешься, он дѣло говорит, бѣдному всюду плохо…
— Да да, — подхватил Гриша: — на то, не хватает; того нѣт, другого нѣт. Вот теперь говорят в Россіи мужикам хорошо, — говорил Гриша, — правительство во всем помогает: денег в займы дает, машины разныя для них покупает, учителей по деревням посылает, которые учат как пахать, как сѣять, и все такое, что нужно знать мужикам.
Здѣсь-же, — продолжал Гриша, — хорошо на фармѣ у кого денег много. Около нас жил богатый фармер, у него было сто пятьдесят акров земли, пятьнадцать коров и двѣ машины, которыя называются тракторами: это такія машины, что все дѣлают: и пашут, и жнут, и молотят. А мы, бѣдные, так и не могли купить такой машины, и отец сам сдѣлал молотилку.
— Да, это интересно, — сказал Ланин, как же он ее сдѣлал?
— Это очень просто: «Вы видали, может быть, круглый вал, которым забороненное поле укатвают, — глядя на Ланина, говорил Гриша, Ланин кивнул головой, — так вот недалеко от него, к этому-же станку папаша придѣлал другой вал четырехугольный — из толстых досок сколотил его; в концы вала вставил по желѣзному штиву, а на штивы надѣл шестерни, по такой же шестернѣ поставил и у круглаго вала, на них накладывались желѣзныя цѣпочки, и когда лошадь везла станок, то круглый вал катился по землѣ, четырех-угольный-же немножко недоставал до земли, а цѣпочки вертѣли его. Мы разстилали овес и водили лошадь по нем; вал вертѣлся и ударял досками по овсу, мы перевертывали овес, пока не обмолотили хорошо, потом отгребали солому, а внизу оставались зерна; но они не были чисты, то знаешь, их надо подбрасывать вверх…
— Это называется вѣять, — сказал Ланин.
— Да, да, — согласился Гриша, — и тогда вѣтер относит шелуху и мусор, в сторону, а чистое зерно остается.
— Однакож твой отец-то мозговитый, — проговорил, усмѣхнувшись Ланин.
— Знаеш, когда мы так молотили, то другіе фармера глядѣли-глядѣли издали и не могли додуматься, что мы дѣлаем; много людей приходило к нам и смотрѣли эту машину, и как это мы молотим ею.