Того, кто купил его друга, уже не было в лавке.
Незаметно для домашних Отар вынес в сарай свой башлычок, куртку и сыромятные поршни, в которых приехал из деревни. Туда же спрятал он пять тёмных чуреков, которые купил на оставленные отцом деньги. Никто по его виду не догадывался о том, что задумал Отар.
После ужина он улёгся, по обыкновению, на своей тахте на балконе. Дядя с женою спали в комнате, и оттуда скоро раздалось их мерное храпение.
Понемногу стихло всё и во дворе. Утомленные дневным трудом и зноем люди быстро заснули. Не спал только Отар.
V
Скоро покажется месяц. Мальчик бесшумно соскочил с постели и осторожно прошёл в сарай. Надел свои поршни и курточку, положил в башлык чуреки и привязал его к себе на спину. Затем он отвязал цепь и, чуть дыша, вывел медвежонка из сарая, прошёл в ворота и очутился на улице. Тёмными улочками он выбрался к полотну железной дороги, подальше от освещённого переезда, перевалил благополучно насыпь и пошёл вдоль Кахетинского шоссе, по которому непрерывною лентою и в ту, и в другую сторону медленно тащились арбы и фургоны.
Не подходя' близко к дороге, мальчик неутомимо шёл шагах в двухстах от неё, бережно держа в одной ручонке цепь, на которой покорно следовал за ним медвежонок, а в другой — крепкую палку, чтобы отбиваться от собак.
Отар зорко следил, чтобы не пропустить поворота на Марткобскую дорогу, и, пройдя Орхеви, вздохнул свободно, оставив людное шоссе и перебравшись на тихий проселок.
Взошёл месяц и осветил дорогу. Отар знал её хорошо, ничего не боялся и спокойно подвигался всё вперед и вперед. Влево блестели огоньки большого Лило, Ахал-Сопели и Марткоби, впереди слышался лай собак в Новониколаевке, через которую лежал его путь. Эту деревню он обошёл слева, перейдя вброд речонку, больше часа поднимался на перевал и, наконец, спустился в долину к Мухравани. Здесь Отар забрался подальше от дороги в кусты, привязал медвежонка, покормил его хлебом, сам поел и отдохнул, лёжа на траве. Только теперь он почувствовал себя и своего друга в полной безопасности. Однако впереди предстояло обходить большую деревню Уджарму со множеством злых собак, которые днём рыщут кругом селения и непременно на него наткнутся. Надо поэтому до рассвета пробраться за Уджарму. Мальчик снова поднялся и быстро пошёл со своим мохнатым другом.
Уже на рассвете он благополучно миновал страшную Уджарму, обойдя её значительно левее, через колючие заросли кустарника и бурьяна.