— Как живёшь, Алёнушка? — спросил наконец Василий, не спуская с неё растроганных глаз.
— Живу, Вася, ничего… рои замучили… С самой зорьки за ними гоняешься. Деревья высокие, не влезешь… А старик-то уже плох ногами, всё больше я.
— Ещё не все отроились?
— Не все… Ульев двадцать ещё не роились… — Василий опять замолчал. — Ну, а ты как, Вася? — нерешительно спросила Алёна после нескольких минут молчания.
— Тебе известно моё житьё, Алёнушка.
Алёна смутилась и не сказала ни слова. Василий стоял, печально покачивая головою, потупившись в землю.
— Вот ведь что… Отец меня сватать хочет! — ещё более смутившись, выговорила Алёна.
Василий вскинул на неё встревоженный взгляд.
— Сватать?
— Знаешь, Митрий Данилыч с подгородней… Прасол… что лавка возле кабака… так за него, — продолжала Алёна, не глядя на Василия. Василий ничего не отвечал. — Уж я матушку, уж я кого… Да ты знаешь тятеньку. С ним разве поговоришь! — грустно говорила Алёна.