Девушка стояла к нему спиной, но по ее вздрагивающим плечам он понял, что она плакала, и он тотчас очутился подле нее.
– О чем вы плачете? – тревожно задал он вопрос.
Девушка тихо вскрикнула от испуга и выронила платок. Да, веки ее были красны от слез, но во взоре, устремленном на него, сверкало негодование.
Не отвечая, она взяла серп, как бы намереваясь снова приняться за работу, но он сдержанно спросил:
– Неужели я не получу ответа?
Она, видимо, боролась с собой.
– Я не отвечу вам до тех пор, пока не буду в состоянии доказать, что вы меня глубоко оскорбили! – сквозь зубы пробормотала она.
– Хотел бы я знать, как вы это докажете! – насмешливо заявил он и прибавил совсем другим, странным тоном: – Да я на коленях у ваших ног стал бы просить прощения, если бы вы доказали мне, что я был неправ.
Она до того была поражена его словами и горячностью его тона, что с изумлением посмотрела на молодого человека. Нерешительность видна была в ее взоре, и она низко опустила голову на грудь, как бы сознавая себя виноватой.
– Я так и знал! – презрительно бросил он. – Вы вчера вечером опять были в графском лесу.