Пожилая дама обернулась и воскрикнула радостнымъ голосомъ: – Боже мой, Лео – ты уже пріѣхалъ! – съ этими словами она обвила руками шею молодаго человѣка и забыла все ее окружавшее. Стаканъ лимонада стоялъ тоже забытымъ на столѣ, а молодая помощница старалась по возможности незамѣтно спрятаться за зановѣскою, что-бы своимъ присутствіемъ не мѣшать радостной встрѣчѣ.
Она видѣла, какъ молодой докторъ почтительно наклонился къ своей попечительницѣ, какъ онъ ласково притянулъ ее къ себѣ и поцѣловалъ ея руку. Затѣмъ онъ съ любопытствомъ осмотрѣлъ комнату.
– Ну, Лео, что скажешь ты, что я такъ самовластно, не спрося тебя переѣхала и уже устроилась, – спросила тетушка, замѣтивъ его взглядъ?
– По настоящему мнѣ слѣдовало-бы сдѣлать тебѣ маленькій выговоръ. Ты слишкомъ много хлопотала съ переѣздомъ и утомила себя, впрочемъ у тебя все таки довольно свѣжій видъ.
– А про тебя этого сказать нельзя, – замѣтила заботливая тетя, – Ты сегодня блѣднѣе обыкновеннаго и я вижу, что тебя вѣрно безпокоятъ какія нибудь мрачныя мысли. Можетъ быть ты имѣлъ непріятности во время поѣздки?
– Нетъ, тетя! – сказалъ онъ спокойнымъ голосомъ, – какъ мнѣ нравится эта комната, не смотря на старыя, почернѣвшія обои, здѣсь дышется свободно и легко, вотъ причина почему я съ радостью вхожу въ нашъ мирный уголокъ съ скромною обстановкою и милою хозяйкою. Я буду часто приходить сюда.
– Да, до поры до времени, къ Троицѣ будетъ твоя свадьба.
– На второй день Троицы, – сказалъ онъ твердымъ и холоднымъ тономъ.
Кети почувствовала лихорадочную дрожь, она смирно сидѣла и ждала, когда докторъ пройдетъ въ кабинетъ, что-бы незамѣтно удалиться.
Она внутренно сильно возмущалась противъ этого невольнаго подслушиванія. Но на ея несчастіе, вмѣсто того что-бы уйдти, Брукъ остановился у стола и взялъ съ него письмо, валявшееся между всѣми другими бумагами.