Войдя в сени вслед за Лаптевой и приблизясь к двери на чердак, приказчик продолжал:
— Ну, что ж стала? Ступай вперед да свети.
Лаптева, ни жива ни мертва, взошла на чердак. Приказчик, осмотрев все углы, сказал:
— Веди теперь на сеновал. Да нет ли еще у тебя горницы какой или чулана? Во всех ли я был?
— Во всех, батюшка!
Осмотрев сеновал, конюшню, сарай, погреб и кладовую, приказчик возвратился с Варварой Ивановной в ее светлицу. В погребе взял он мимоходом фляжку.
— Ну, прощай, хозяйка! за твое здоровье мы выпьем, Что в этой фляжке?
— Вишневка, отец мой!
— Ладно! Не поминай нас лихом! Да смотри, вперед не болтай пустого про бунты. Бунтов не было!
— Знаю теперь, батюшка, знаю! Какие бунты! Правда, не одна я про них болтаю, да все пустое, кормилец! Знать, кому-нибудь во сне нагрезилось.