Шубин не выдержал нападения и решился возвратиться домой.
— Беги тотчас же на рынок! — сказал он своему приказчику, войдя в комнату и бросив с досадой картуз на пол. — Купи немецкое платье, самое лучшее! Что глаза-то вытаращил! Не для тебя небось, а для меня! Ты мужик, ходишь и в кафтане, а я купец! Да бородобрея позови!
— Неужто, Карп Силыч, твоя милость…
— Молчи и делай, что велят! — закричал Шубин, топнув.
Изумленный приказчик, ворча что-то про себя и качая головой, вышел. Вскоре после его ухода явился полковой брадобрей, остриг волосы Шубину, причесал его, обрил бороду и, получив за работу рублевик, ушел. И стал молодец хотя и не книжен, да хорошо острижен.
Через несколько времени приказчик принес в узле купленное им платье и шляпу.
— Одевай же меня скорее! — сказал Шубин.
— Да я не умею! — отвечал приказчик, развязывая узел.
— Что ж ты купца не расспросил? Он должен знать, как это платье надевается! Этакой олух! Да не заметил ли ты вчера, как мы в город въезжали, немецкого платья на прохожих?
— Помилуйте, батюшка! Мы въехали в город вечером. Притом было туманно!