— Не до того было! — отвечал Ханыков.
— Да, да, Павел Антонович! Истинно, не до того! — продолжал хозяин шепотом. — С позволения вашего, я сегодня с заутрени до вечерни все плакал да охал.
— Скоро и все заохаем! — заметил Аргамаков.
— Однако же, брат, прежде за дверь посмотри, а потом говори, — сказал Ханыков. — Подслушают, так и впрямь заохаешь.
— Никого дома нет, Павел Антонович. Сестра и дочка ушли в церковь, приказчиков я разослал осматривать мои невские садки, дворник сидит в своей будке на дворе. Домовой, разве, с позволения вашего, нас подслушает!.. И все же не мешает за дверь заглянуть.
Удостоверясь, что в соседней комнате никого не было, хозяин продолжал:
— Правда ли, мои батюшки, что Бирон будет царством править? Слышал я и объявление, да все как-то не верится. Что за напасть такая?
— Уж нечего говорить! Времена! — сказал Ханыков.
— Выходит, что Бирон до сих пор сидел с удой да ловил рыбу: попадались маленькие, иногда и большие, но все поодиночке, а нынче — с позволения вашего — он запустил невод и всех нас, грешных, и маленьких и больших, поймал! Нечего делать! Теперь мы все в его садке. Всякий сиди да жди, когда потащат на сковороду!
— Да еще молчи при этом, как рыба! — прибавил Аргамаков.