— А зашем нет рапорт о их полеснь?
— Есть, господин полковник! Я вчера подал, — сказал ротный писарь.
— Карашо!.. Ну, а косподин Ликов, што твой тумает?
— Я думаю, что надобно дать время бунтовщикам войти в Кремль, окружить дворец и сделать, что им заблагорассудится, а потом идти не торопясь ко дворцу, взглянуть, что они сделали, и разойтись по домам.
— Твой смеет шутить, косподин каптень! Твой смеет смеялься! — закричал Кравгоф, вскочив со своего места. — Я твой велю сатить на арест.
— За что, господин полковник? Меня спрашивают: что я думаю? я должен отвечать.
— Твой кавариль сперва траться!
— Я и теперь скажу, что без драки дело не обойдется и что надобно бежать ко дворцу, не теряя ни минуты.
— Мальши, каптень! Мой снает не хуше твой поряток. Косподин маиор, што твой тумает?
— Я думаю, что тут нечего долго думать, а должно действовать! — отвечал сквозь зубы Рейт, довольно чисто говоривший по-русски; он давно уже жил в России.