— Ты задаешь мне странную загадку! — воскликнул я. — Разве Фриц, уходя, оставил тебе письмо с просьбой передать мне его только сегодня?
— Нет, папа, — ответил Эрнест, заметив, что мать начинает терять терпение. — Истина заключается в этой записке, которую принес голубь, прилетевший вчера вечером. Я прочел бы ее вам вчера же; но мне не удалось влезть на голубятню раньше сегодняшнего утра. Вот что пишет Фриц; читаю слово в слово:
«Дорогие родители и любезный Эрнест. Огромная гиена пожрала двух ягнят и одну овцу. Франсуа покрыл себя славой. Он ранил гиену в грудь ружейной пулей. Собаки доканали зверя. Почти целый день мы снимали шкуру хищника. Мех очень красив. Наш пеммикан ни на что не годен; мама справедливо не доверяла моему искусству.
Ваш Фриц».
Ферма, 15-го.
— Вот настоящая охотничья записка! — воскликнул я, смеясь. — Слава Богу, что малый Франсуа убил гиену. Но каким путем пробралось это опасное животное в наши владения?
— Лишь бы они были осторожны! — тихо проговорила мать, представляя себе своих троих детей, вдали от нас, подвергающимися новым встречам.
Она просила нас тотчас же отправиться к ним, чтобы, в случае нужды, оказать им помощь. Но и помимо того, что второй воздушный посланец мог указать нам точнее, что нам следовало предпринять, мы могли и разойтись с нашими искателями приключений.
И, действительно, под вечер, несколько раньше вчерашнего, в голубятню влетел второй голубь-посланец. Эрнест тотчас же запер его и вскоре принес нам записку следующего содержания:
«Ночь спокойная. Чудное утро. Плавание в кайяке по озеру фермы. Пленение черных лебедей. Царская цапля. Журавли и утки-чернавки. Бегство неизвестного животного. Завтра в Проспект-Гилле. До свидания.