Но было уже поздно. Женщины с криком и руганью погнали мимо Лариона бегущих под хворостинами коров.
— Куда же вы? Стоите! — ещё пытался оказать сопротивление Ларион.
Его чуть не смяли.
— Ну бабы! Вот же проклятые! Скажи, какая настойчивая нация! — мотая головой, усмехался Ларион.
Он не знал, что и на конном дворе, на усадьбе Волковых, царило в этот час возбуждение. Там было больше мужиков. Лошадей тоже загоняли в станки. Хозяева осматривали стойла, просторные, из ядрёных слёг загородки. Переговаривались:
— Конюшню надо…
— Без конюшни нельзя…
— Да у тебя конь-то весь век без конюшни стоит, на открытом дворе, — говорил Тимофей Селезнёв мужику в белой заячьей шапке.
— Мало что дома! — отвечал мужик. — А тут артель! Должно быть лучше!
— Дай срок, построим конюшню, — успокаивал мужиков Тимофей. Но мужики напирали.