— Холодно, — сразу же поёжилась Палага.
— Ужасно! — сказал Лопатин. — И когда, паря, этот дождь кончится?
Палага опять засмеялась. Она проводила взглядом его кряжистую, немного прихрамывающую фигуру. А Демьян, отойдя к сибирякам, с удивлением стал слушать, что говорил ему Тереха Парфёнов.
— Ты, добрый человек, скажи-ка: за этот самый штурм нам, наверно, здорово заплатят или как? — спросил большой мужик. Он чувствовал к забайкальцу полное доверие.
Лопатин решил над Терехой подшутить. На этот несколько легкомысленный лад его настроил, несомненно, разговор с Палагой. Демьян вдруг почувствовал себя молодым проказником.
— Паря, я думаю, что только вам заплатят, — серьёзно и даже как будто таинственно сказал Лопатин Терехе. — А мы вам вроде помогали. И Степан Игнатьич, и Серёжка, и я. Ведь мы же не своё делаем, а ваше!
— Да неужели? — приятно удивился Тереха и погладил рукою бороду. — Вот, брат, как оно хорошо-то! И часто это здесь бывает?
— Бывает, только по-разному называется: "субботник", "воскресник", — добавил Демьян как можно таинственнее.
— Теперь только смотрите, чтобы лесом вас не обделили. А то будут возить к другим. Трухина-то после обеда не будет. Трактористы начальству хотели угодить — вот и возили, а раз нет Трухина — выходит, угождать некому. Паря, ты смекай!
— Так, так, — кивал головой Тереха.