— Мне сказали, что вроде бы чужой скот около моих зародов ходил.
— Кто сказал?
— Никула.
Третьяков это подтвердил.
— А револьвер что ж, он у меня лично завоёванный, — продолжал свои показания Селиверст. Он сидел на лавке в сельсовете и смотрел на милиционера прищуренными глазами. — С колчаковского офицера я него снял, револьвер-то. С убитого. Значит, завоёванный и есть…
— А вот мы тебе покажем, какой завоёванный! — ярился милиционер. — Судить будем за незаконное хранение оружия!
— Воля ваша, — пожал плечами Селиверст.
— Арестуем!
— Пожалуйста.
Больше от него ничего не добились.