— А без этого нынче нельзя, — наставительно ответил мужик.
— Ваша фамилия, товарищ? — важно спросил комсомолец.
— Храмцов, — тихо ответил мужик.
Да, это был Корнеи Храмцов. Много воды утекло с тех пор, как он убежал с постройки железной дороги, обокрав растратчика. Много он поколесил по городам и новостройкам и кое-чему научился.
Главное — поддакивать начальству, а ещё важнее — подлаживаться к комсомольцам. Это такой зубастый народ, что в споры-раздоры с ними лучше не суйся. И он усвоил обращать к молодёжи только улыбчивое лицо. А накостные свои дела делать исподтишка.
Когда к газете подошли лесорубы, он отошёл в сторонку и, оставшись в тени, наблюдал.
Накануне прошёл слух, что рабочим снизят хлебную норму. Пустил его сам Храмцов. И теперь прислушивался, заговорят ли на этот счёт вербованные. Заговорили! Прочитав заметки в стенгазете, кто-то проворчал:
— А про главное-то нету! Про хлебушко…
— А что про хлебушко? — сразу вступился Слободчиков. — Тут прошли слухи, будто снижают лесорубам хлебную норму. Чепуха. Решено снизить лодырям и повысить ударникам. Кто больше работает — тому и больше!
— Вот правильно, — поддакнул Храмцов и вызвал одобрительный взгляд комсомольца.