— И пускай! — стояла на своём Глаша.
— Да ты в своём уме? Народ же там ждёт!
— А Мишка где? Пусть он приходит! — потребовала Глаша.
Николай Парфёнов махнул рукой: "Беда с этой молодёжью!" — и отправился за Мишкой…
Парень, заметив на пороге заплаканную Глашу, даже не остановился, а прошёл вместе с Николаем Парфёновым прямо за сцену. Там сидел уже остывший Петя Мотыльков. Увидев Мишку, он отвернулся.
— Миритесь, миритесь! — закричали вокруг них парни и девчата.
— А мы и не ругались, — нахмурившись, сказал Мишка.
— Я и не думал его обижать, — пожимал плечами Петя.
Их подталкивали одного к другому, заставляли подать друг другу руки.
— Ты помни, Петька, — сказал молодой Парфёнов, пожимая протянутую ему руку, — я сам по себе. Понятно?