— Ты возьми, к примеру, сена, — говорил несколько позже Терехе захмелевший Перфил. — Сена нынче никуда. У единоличников скот кормить нечем, а в колхозе мы сенокосилками-то сколько сена наворочали! Не-ет, в единоличности нынче, брат, худо…
— Будете в колхозе, все вместе, тогда… — говорила Перфилова жена.
— Тогда и свадьбу сыграем, ей-богу, сват, а? — перебивал её Перфил.
Гости засиделись до поздна. Под конец Тереха достал из кармана бумажник, нашёл и зачитал гостям газетную заметку, в которой писалось об успехах бригады Парфёнова на лесозаготовках.
— Это мы с комсомолами там соревнование устраивали, будь они неладны, — сказал Тереха. К удивлению всех, он засмеялся.
"А ничего у меня батька-то", — думал, глядя на него, Мишка. Но он всё ещё был настороже.
Ночью, лёжа на кровати, Агафья шептала Терехе на ухо:
— Молодые-то хорошо живут… Я боялась, что девка-то шибко нравная будет, а она ничего, послушливая… А что я спрошу тебя. — Агафья придвинулась совсем близко. — Мужику-то кочкинскому за коней небось приплачивать придётся? Коней-то мы у него забрали, а девка-то другая? Ведь слово, наверно, дадено…
— Дадено, дадено… — недовольно пробормотал Тереха. — Скажет тоже! Его уж, поди, давно раскулачили, этого мужика! Спи.
Агафья послушно прикорнула около мужа.