— Тише ты, Грумик, — прикрикнул шофер на собаку, которая повизгивала от радости и прыгала вокруг хозяина. — Какие? Под Пулково сильные бои.
— В городе драться станут?
— Ну, да! Со всех сторон окружили. Город сдадут… — говорил шофер, поднимая сидение в кабинке. — Держи-ка, Катя. Это на чердак, — шопотом продолжал он, передавая жене чемоданчик. — Только не урони!
— Тяжелый опять… — заметила женщина.
— Ну, поставь в сени, я подниму сам.
— Боюсь я, Сеня.
— Ничего, ничего. Сам по себе не взорвется. Пошли!
Когда шаги удалились и хлопнула скрипнувшая дверь, Мишка облегченно вздохнул. В ответ на этот вздох послышалось грозное ворчанье собаки.
Заживо похороненный
В то время, когда Мишка мчался в полуторатонке в неизвестном направлении, его команда, по обыкновению, собралась в своем штабе. Не дождавшись командира, ребята разошлись на свои посты. Вася со Степой направились вдоль по Большому проспекту. Около Бармалеевой улицы Васька посоветовал приятелю свернуть налево, а сам отправился к площади Льва Толстого. Встретиться условились часа через два у Дома Промкооперации.