Проходя со двора через прихожую, Мишка успел заметить дверь на улицу.
— Садись, гость, — сказал шофер, указав на табуретку, а сам прошел в конец комнаты к столу, на котором стояла еда, пустая бутылка из под водки, и кипел самовар.
В теплой, чистенькой комнате Мишку охватила такая дрожь озноба, что у него зуб на зуб не попадал. Жена шофера хмуро посмотрела на трясущегося мальчика.
— Зачем ты приехал? — спросил шофер, принимаясь за прерванный ужин.
— А я сам не знаю… — еле выговорил Мишка.
— Как это сам не знаешь? Как тебя зовут?
— Степка, — на всякий случай соврал Мишка.
— Степка?.. Ты рассказывай, рассказывай.
Наступило молчание. Мишка сжал зубы и, затаив дыхание, напряг все мускулы, отчего сразу перестал трястись, и только где-то внутри, под ложечкой, осталась неприятная дрожь.
Собака лежала около хозяйки и, положив голову на лапы, смотрела на мальчика. Хозяин громко чавкал и тоже не спускал глаз с гостя.