Воронов, уже коротко остриженный, сильно изменился. Вся его фигура теперь выражала смирение и покорность.
Когда были заданы и записаны анкетные вопросы, майор отложил перо в сторону и пристально посмотрел на арестованного.
— Вы, конечно, догадываетесь о причинах вашего ареста?
— Я думаю, что мои сбережения… — немедленно ответил Воронов, но майор его перебил:
— Меня интересует ваша деятельность, а ваши сбережения только поскольку они связаны с вашей деятельностью.
Арестованный подумал и ответил.
— Моя служебная деятельность, как на ладони. Я был на лучшем счету.
Воронов долго говорил о своей безупречной работе, о своей безграничной любви к родине и о желании отдать все силы на разгром фашистов.
— К сожалению, это слова, — спокойно возразил майор, — а факты говорят совсем другое. Итак, что вы мне, гражданин Воронов, еще скажете о вашей деятельности, особенно за последний месяц?
— Какая там деятельность! Я этот месяц землю копал, блиндажи строил.