— Может быть, — согласился часовщик, — но действие ограничивается двенадцатью часами.
Тайна часов была разгадана.
Майор решил ехать в немецкую колонию, где ночевал однорукий. В самую последнюю минуту позвонил Мишка. Сбивчиво, торопливо рассказал он о своих ночных приключениях и о том, как попал в милицию. Майор, выслушав его, попросил к телефону дежурного по отделению милиции и приказал ему вместе с мальчиком наблюдать за домом шофера и, если понадобится, задержать обоих — шофера и его жену.
Дом колониста
Деревянный дом немца-колониста казался необитаемым. В затемненных изнутри окнах не было видно даже светлой щелочки.
Бураков сидел на скамейке и прислушивался к шороху шагов дежурной по улице. Он уже предъявил ночной пропуск, и она успокоилась, узнав, что это представитель пожарной охраны района.
В ясном небе мерцали звезды, словно они от холода ежились, переворачиваясь с боку на бок. Бураков изрядно продрог. Особенно мерзли ноги, обутые в хромовые сапоги. Чтобы разогнать кровь, Бураков прошелся по улице и остановился около дежурной.
— Что, замерзли? — спросил он женщину.
— Нет, ничего. Я тепло одета.
— Вы давно здесь живете?