— Больно? — спросил майор, усаживая поднявшегося бойца.
— Нет, это царапина.
Майор уже направился к раненому шоферу, лежавшему на диване, когда в комнату, громыхая коваными сапогами, вбежал красноармеец. Майор, взглянув на запыхавшегося бойца, сейчас же перевел взгляд на арестованных. Немцы стояли, безразличные ко всему, а шофер с напряжением ждал, что скажет посыльный. Но посланный только переминался с ноги на ногу и смущенно молчал.
— Я скоро вернусь, — сказал майор Буракову, направляясь к выходу.
— Торопись, начальник, не то опоздаешь, — злобно крикнул ему вдогонку шофер.
— Что случилось? — спросил майор посыльного, когда они вышли за ворота.
— Сержант за вами послал, говорит, срочно нужны. Он в подвале.
В доме колониста, оцепленном красноармейцами, шел обыск. Чекисты перетряхивали тряпки, листали книги, осматривали все щели, переставляли мебель.
Майор спустился через люк в подвал и застал сержанта за странным занятием. Он стоял на коленях около бочки с капустой и выслушивал ее, как врач больного.
— Часы… Слушайте, товарищ майор, — коротко сказал сержант.