Ваня приоткрыл шире дверь, и узники спустились вниз.
Последним вышел Петр Захарович.
— Запирай крепче, Ванюша, — сказал он. — Где тут запор?
— Я сам. Он легко закрывается.
Когда задвижка встала на место, сильными толчками проверили прочность.
— Лишь бы не догадались. Где Трубачов? Ну, спасибо вам, ребятки. От верной смерти спасли.
— Мы и сами спаслись, — сказал Гриша.
Он стоял на ногах, придерживаясь здоровой рукой за стену.
— Как ты себя чувствуешь? Прохор, помоги ему. Ты за него отвечаешь, пока до места не доберемся. По дороге не шуметь. Трогаемся, товарищи. Держитесь один за другого. Ваня, веди.
Ваня с удивлением слушал Петра Захаровича. Обычно шутливый, добродушный, он стал неузнаваем. Говорил отрывисто, резко и таким тоном, что никому в голову бы не пришло спорить с ним.