Разговор с Марией Ивановной будто снял большую тяжесть с плеч Вани. Он не стал догонять друга. Пускай сердится. Приятно было сознавать, что он именно так и думал, а если и сомневался, то только из-за Саши.
Делать на участке сегодня было нечего. Все укоренившиеся растения были высажены в грунт, черенки — в парники.
По утрам Ваня заботливо осматривал свой участок. Его взгляд ощупывал каждое растение по очереди и замечал всё, что произошло с ним за сутки.
Он видел, как растёт и живёт картофель: как он разворачивает листья к солнцу, как закрывает землю вокруг себя, чтобы не испарялась влага; как в пазухе листа появляется бугорок, который в три-четыре дня превращается в стебель…
Вся жизнь растения проходила перед его глазами.
44. Колхозный пограничник
Под окном стрекочет кузнечик. Звук его бесконечной, назойливой песни сросся с тишиной, и Боре начинает казаться, что это скрипит у него в ушах… Заголосил на ферме первый петух. Значит, три часа. Надоело лежать, ворочаться с боку на бок, но и выходить еще рано. Сегодня днём он отлично выспался в шалаше и ждёт не дождётся рассвета, чтобы выйти в дозор. Теперь он официально назначен „колхозным пограничником“.
— Колхозный пограничник, — шепчут губы мальчика, и он улыбается от удовольствия.
Это не шутка, не детская забава, а серьёзное дело. Он видел, как загорелись у ребят глаза, когда они узнали об этом, а Ваня серьёзно сказал:
— Ладно, пускай пока Боря… Он первый начал. Кончим с картошкой, тогда устроим пограничную заставу и выставим дозоры.