— И вообще ты должен нам во всём помогать, — докончила она. — Чтобы не ходить потом за тобой и не клянчить. Знаю я тебя! Того нет, того нельзя или некогда…
— Поможем, ребята! — улыбнулся Николай Тимофеевич.
Ему понравились и горячность дочери, и уверенная настойчивость Вани.
— Если дело будете делать, — поможем! — поощрительно повторил он. — Разве мне жалко? Дело общее, для колхоза стараетесь!
Дверь постоянно открывалась и хлопала. Ребята всё прибывали. Вернулся запыхавшийся Саша, а вместе с ним ещё трое мальчиков. Бригада Зины тоже собралась полностью. Опоздавшие дёргали за полу впереди стоящих и шёпотом спрашивали: „Что тут такое? За что Зину ругают?“ А те делали большие глаза и сердито шипели: „Тихо ты! Потом“.
В конце разговора Николай Тимофеевич обратил внимание на „великий сбор“.
— Это что у вас? Общее собрание, что ли? — спросил он Зину. — Нет уж… Давайте где-нибудь в другом месте!
Мальчики гурьбой вышли из комнаты и, окружив Ваню, пошли его провожать. Девочки остались у Зины.