Девушка словно очнулась. Проведя рукой по лбу, она твердо сказала:

— Нет, нет, я расскажу!..

Надя хорошо запомнила этот день. Она сидела на скамейке около дома и читала. Было жарко. Во дворе сонно бродили куры. На грядках распускались красные маки. Они горели на солнце, поражая своей яркостью.

Тишину июньского дня разорвали взволнованные голоса. Надя выбежала за ворота. Трудно было понять, что случилось. Одно слово — «война!» — доносилось отовсюду. Колхозница, вернувшаяся из поселка, возбужденно рассказывала соседкам: «Германия напала на нашу страну! Немецкие войска уже перешли границу!..»

И как-то в одно мгновенье оборвалась мирная жизнь колхоза. В каждом доме, в каждой семье поспешно собирали кого-нибудь на фронт. С болью провожали близких, дорогих сердцу людей.

Вскоре мобилизовали и Павла Ивановича. Отправляя мужа, Дарья Васильевна просила его не бояться за них. Сказала, что Надя справится с хозяйством, а она заменит бригадира на молочной ферме.

Вечером отец забежал домой сообщить, что его часть стоит пока за рекой, недалеко от деревни. Он посоветовал посылать к нему Надю, если у колхозников будут срочные вопросы. Обращаясь к дочке, он добавил: «Пришло время, когда и детям надо помогать Родине. Понимаешь, дочка?». Конечно, Надя понимала это, и охотно согласилась быть связным между колхозом и отцом. Девочка умела грести и управлять лодкой. Она перевезла в лодке Павла Ивановича обратно за реку, и отец указал ей место их будущих встреч.

Опустел колхоз. В нем остались женщины, старики и дети. Всё молодое, сильное население ушло на фронт. Трудно было заново налаживать жизнь. Да и тревога за ушедших сжимала болью сердца.

Дарья Васильевна по ночам ворочалась и тяжело вздыхала. И не одна она. Все женщины знали, что ни на минуту не должна замереть колхозная жизнь. А справятся ли они? Смогут ли заменить ушедших мужчин?

И вот в эти трудные дни в колхоз приехал секретарь райкома. Анна Николаевна рассказала собравшимся колхозникам о продвижении фашистских орд, о создании Комитета Обороны, в руках которого сосредоточена вся власть в государстве.