— Почему вы, молодая, здоровая девушка, говорите о перенесенном вами горе? Посмотрите внимательно кругом. Разве страданья Гали, Машеньки, Вити меньше ваших?.. А воспитатели, педагоги, перенесшие блокаду, — сколько они выстрадали? Надя, вы комсомолка, вы молоды. Вы должны показывать детям пример стойкости и мужества. Поверьте, перенесенные страданья не дают права на скидку. Вот и сейчас: вас приходится утешать, а, по существу, что произошло? Да, вы плохо глядели за детьми. Вы их распустили. Соня скверно, безобразно поступила. Наверно, придется отправить ее в город. А вы? Вам также следует сделать выговор!

Взял слово Иван Иванович:

— Мне кажется, вина Надежды Павловны невелика. Соня — своенравная, капризная девочка, и уследить за нею не легко. Это не первый ее проступок. Помните, в городе сколько раз нам приходилось собираться, думать, как и сегодня, что делать с ней. Но за последнее время я не слышал жалоб на Соню. Даже доктор одобрительно о ней отзывался.

Слушая Ивана Ивановича, Надя напряженно думала. Она всю ночь мучилась сознанием, что воспитанница пропала в ее дежурство, что она, видимо, недостаточно внимательна к своим обязанностям. Слова Тамары Сергеевны задели ее сильно и заставили задуматься.

«Надо жить без скидки на перенесенные страданья», — повторяла она мысленно. «Да, наша директорша может так говорить. Я знаю, как боролась она за жизнь порученных ей детей. Она рассказывала, как страшно было тогда на пароходе. Медсестра на глазах у нее поседела. О себе Тамара Сергеевна промолчала, но мы-то видим молодое лицо и широкую седую прядь!..»

Справедливая по натуре, Надя готова была признать свою вину.

— Тамара Сергеевна, — с болью сказала она. — Мне очень тяжело, но я, должно быть, действительно плохо смотрела.

— Я знаю, Надя, сегодняшний случай надолго врежется вам в память и заставит вас со всей строгостью относиться к себе.

Долго еще педагоги обсуждали поступок Сони. Последнее время она казалась такой дисциплинированной! Почему же она теперь сорвалась?

Тот же вопрос волновал детей, и особенно — Галю и Машу. Они, как обычно, сидели под большой сосной. Ребята подошли к ним. Всем хотелось обсудить выходку Сони, решить, как с ней быть…