— Значит, вместе станем учиться! Это хорошо.
— Конечно, хорошо! — согласилась Надя. Так приятно было сознавать, что добилась, не отступила от намеченной цели.
— Идемте в канцелярию! Оформимся и отметки узна́ем, — предложил Осокин.
Большой, крепкий, он шел не торопясь, и всё же Надя едва успевала за ним. Ей приходилось делать два шага вместо его одного.
В канцелярии они получили все нужные бумаги. Надя осталась довольна своими отметками.
— Я за пятерками не гналась, — сказала она Осокину. Тот испытующе посмотрел на нее и очень серьезно ответил:
— Дело не в отметках, а в знании. У вас две тройки, значит знания неглубокие. Вы довольны этим? Наверно, нет. Я вот работаю на заводе. Наши новые станки требуют больших знаний. А у меня их пока нехватает.
Осокин взглянул на часы и заторопился.
— Соревноваться будем? — уходя, спросил он.
— Может, и будем! — засмеялась Надя и задумалась: «Он и не знает, что я — воспитатель. Мне ведь тоже нужно очень, очень много знать… Но откуда взять время? Десятый класс — самый трудный…»